?

Log in

No account? Create an account
Пролистал «Автопортрет» Войновича. Точнее, прочел две трети с конца.… - Shaul Reznik
August 14th, 2018
01:05 pm

[Link]

Previous Entry Share Next Entry
Пролистал «Автопортрет» Войновича. Точнее, прочел две трети с конца. Впечатления, банально выражаясь, сложные.

С одной стороны, Владимир Николаевич хлебнул жизни в таких объемах, что Максим Горький на его фоне выглядит барчуком. Сила воли у Войновича тоже была ого-го: решил, что станет литератором, и стал ежедневно сочинять по стихотворению. Параллельно с работой кайлом на железной дороге. Про добро с кулаками Войнович знал до появления соответствующего стихотворения, на хамство отвечал хамством (иногда превентивным), в СССР такая линия поведения оказалась оптимальной.

Еще он подробно описывает репрессивный механизм периода застоя. Скромного и неизвестного на Западе переводчика Константина Богатырева за контакты с иностранцами убили кастетом. Известного на Западе, но слишком резко воевавшего с советской властью Гелия Снегирева тоже убили. Войновичу и остальным диссидентам от литературы приходилось балансировать в границах официального статуса, цитируемости в передачах «голосов» и градуса борьбы с режимом.

С другой стороны, вся советская жизнь автора стала вариацией эпизода из армейской биографии. Рядовой Войнович стоит на карауле, его забыли сменить, а в кино скоро будут показывать итальянский фильм. Рядовой Войнович стреляет из винтовки, сбегается вся рота, рядового сажают на гауптвахту, но он предварительно успевает прочесть устав. После качания прав солдату выдают бушлат (на гауптвахте зябко) и сочинения Ленина-Сталина (на гауптвахте можно читать литературу, но только политическую).

Виток за витком нетерпеливый автор вместо опоздания на киносеанс — или даже киносеанса, и даже билета на первый ряд — выписывает себе цугундер, после чего титаническими усилиями добивается соблюдения гражданских прав в пространстве между решеткой и парашей.

Сначала Войнович вживается в роль благополучного совписа. Потом, после непринятой публикации, подписывает всевозможные петиции в защиту Синявского, Терца и прочих — что похвально. Потом, когда это оборачивается снятием публикаций и разрывом договоров, вспоминает, что у него есть дети от первого и следующего брака, они хотят кушать и алименты. Поэтому следующую петицию Войнович не подписывает, работая над книгой о революционерке Фигнер. Еще он корит писателя Максимова, который тоже из народа, тоже стал совписом, а потом, после непринятой публикации, начал подписывать петиции, чтобы заслужить статус бунтаря на Западе. Бревна в глазах автор «Автопортрета» упорно не замечал.

Люди, окружавшие Владимира Николаевича, изображены в «Автопортрете» следующим образом: либо полностью отрицательные персонажи (старший командный состав, функционеры Союза писателей, сотрудники милиции и КГБ), либо безвольные или экзальтированные интеллигенты (Рита Райт-Ковалева, Камил Икрамов), либо частично хорошие люди, хорошесть которых через абзац перекрывается пьянством и блядством (Феликс Светов, Георгий Владимов и другие).

Сам Войнович, впрочем, алкоголя и женщин не чурался. Дежурно накатывад в ЦДЛ по 250 грамм и отомстил будущей жене Ире, не желавшей бросать Икрамова: переспал со всеми ее подругами. Вообще, у покойного имелась «ебанашь по сексуальной линии», как выразился Довлатов о Викторе Перельмане. Владимир Николаевич подробно перечисляет свои и чужие адюльтеры, советские и внесоветские, включая внебрачного сына слависта Джона Глэда от аспирантки-лесбиянки.

И, наконец, о литературе. Владимир Войнович называет себя профессионалом, тут и там цитирует комплименты читателей и почитателей, делит коллег на последователей Хемингуэя и Сэлинджера (Аксенов, Гладилин), а себя (и Владимова) причисляет к ученикам Тургенева. Хотя при всём уважении к страданиям, стойкости и юмору автора «Автопортрета», Войнович являлся, максимум, учеником Тендрякова и Твардовского. Урезанный вариант мемуаров он назвал «Жизнь и необычайные приключения писателя Войновича», хотя следовало бы, по аналогии с другой книгой автора, — «Антисоветский советский писатель».

(10 comments | Leave a comment)

Comments
 
[User Picture]
From:tandem_bike
Date:August 14th, 2018 02:24 pm (UTC)
(Link)
он анекдотически самовлюбленный и нечистоплотный мужичок.


но лучше нагибина, потому что хоть н не злобный.
[User Picture]
From:shaulreznik
Date:August 14th, 2018 02:30 pm (UTC)
(Link)
Он "от сохи", довольно простой. Нагибин поинтеллигентнее был.
[User Picture]
From:tandem_bike
Date:August 14th, 2018 02:35 pm (UTC)
(Link)
да и пишет он дуболомно. я начала перечитывать М2042 - в детстве читала - ну невозможно же - и язык адский, и скукота. бросила.

но вроде он был симпатичный "по жизни" хоть несколько да - простоватый. а нагибин был просто сволочь.
[User Picture]
From:shaulreznik
Date:August 14th, 2018 02:43 pm (UTC)
(Link)
Ага, я тоже недавно перечитывал - можно было ограничиться синопсисом. Длинноты, подробное описание чудес типа электрооргана и компьютера (у Войновича была явная слабость к приборам), а еще подробное же описание секса с приставленной к визитеру из прошлого девушкой. Самое смешное, что Войнович критиковал Ал. Зиновьева за "капустник с прозрачными псевдонимами" (цитата из "Автопортрета"), а сам сочинял ровно то же самое.
[User Picture]
From:tandem_bike
Date:August 14th, 2018 03:07 pm (UTC)
(Link)

да и чонкин так себе.
я как рыбка-кит в свое время заглотла всю доступную "диссидентскую литературу", начала уже в вене. кончила года через 4 когда уже ничего не осталось читать.
собственно стоящего там было очень мало. ни григоренко ни копелев ни зиновьев ни максимов ни этот, с женой розановой, как его - "в качестве литературы" неприемлемы.
солженицын да варламов, и все. ну, алешковский.
[User Picture]
From:lapot
Date:August 14th, 2018 04:16 pm (UTC)
(Link)
Зато Нагибин талантлив.

Эта злобная скотина писала, кссте, весьма романтичные повести.
Так оно обычно и бывает. :))
[User Picture]
From:tandem_bike
Date:August 14th, 2018 04:21 pm (UTC)
(Link)
there is no bigger asshole than a romantic guy, yep.
From:guamako
Date:August 15th, 2018 06:40 am (UTC)
(Link)
Как то Вы странно ее прочитали фактически ничего в ней не прочитав. Не заметив ни философии автора ниего потрясающих точных наблюдений о жизни. Ни истории про писателя Шапу. Ни про "свой -не свой". В общем-то ничего замечательного что есть в этой книге. Войнович бесспорно великий писатель. А Автопортрет его лучшая книга. Каждый конечно видит и воспринимает мир по разному. Но судя по вашей рецензии Вы не читали этой книги.
[User Picture]
From:shaulreznik
Date:August 15th, 2018 07:37 am (UTC)
(Link)
Нет там ничего великого, а также нет ни малейшего намека на стиль. Просто сборник баек, включая байку про Шапу и писателей в армии. Философия у Войновича крайне нехитрая, см. довольно убогую аргументацию в религиозных спорах со Световым.

Могу также предположить, что лет через 20 о Войновиче забудут (об Аксенове, кстати, тоже), тогда как Чехова читать продолжат.

Edited at 2018-08-15 04:38 am (UTC)
From:guamako
Date:August 15th, 2018 09:16 am (UTC)
(Link)
А у Светова разве не убогая аргументация? Насчет Аксенова я согласен. Я его и сейчас не читаю. А вот насчет Войновича не согласен. Ваши комментаторы называющие Шаламова Варламовым прошлись и по Нагибину. А Я лучше Нагибинских последних произведений ничего не читал. Это был настоящий златоуст и мастер слова. А эти дурни увидели только зависть и злобу не заметив при этом блестящего интеллекта.
ПМЖ без неглиже Powered by LiveJournal.com